ТОП 20 статей сайта

 • Английский язык
 • Математика, алгебра
 • Информатика, ИКТ
 • Физика
 • Химия
 • Биология
 • Экология
 • Музыка, искусство
 • Литература, русский язык
 • География
 • Краеведение
 • День Матери
 • Женский день 8 Марта
 • 23 Февраля
 • ВОВ, День Победы
 • Патриотическое воспитание
 • День знаний 1 сентября
 • День учителя
 • День космонавтики
 • Праздник осени
 • Новый год и Рождество
 • Школьный КВН
 • Против вредных привычек
 • Здоровый образ жизни
 • Семья и родители
 • Выпускные, «звонки»
 • ПДД (дорожное движение)
 • Игры

 • Разные темы

 НАЙТИ НА САЙТЕ:

   Рекомендуем посетить






























































Литература

Литературно-историческая композиция "Декабристы на Томской земле"

Добавлено: 2017.07.09
Просмотров: 12

Ильиных Елена Григорьевна

На экране проецируется Сенатская площадь.

1-й ведущий.

Мутная утренняя мгла окутывала московские улицы. Слегка вьюжило. Порывистый ветер рвал в клочья поднимавшийся из труб дым и бросал его вниз, под ноги людям, под копыта лошадей, колючей снежной пылью курились закраины нависших крыш и высокие горбы длинных сугробов.

В Москве присягали новому императору. Присяга шла в кремле, в Успенском соборе, в казармах, во всех государственных учреждениях и учебных заведениях.

Две недели назад вот так же присягали среднему брату умершего Александра – Константину, ныне присягали его младшему брату, Николаю.

А в это время на улицах шептались о том, что в Петербурге бунт, что генерал Ермолов отказался присягать Николаю.

2-й ведущий.

Ранним утром 14 декабря 1825 года Сенатская площадь в Петербурге была занята восставшими войсками. Впервые в истории России революционные офицеры и солдаты выступили с целью свержения самодержавия.

Восстание было подавлено. Восставшие арестованы. Царь жестоко расправился с ними. Пятеро руководителей восстания повешены, большинство декабристов высланы в Сибирь.

Проекция фотографий пяти казненных декабристов,
места казни, памятника, высказывания П.Г.Каховского
“Я и в цепях буду вечно свободен”.

1-й ведущий.

13 июля 1826 года были казнены Кондратий Федорович Рылеев, Павел Иванович Пестель, Сергей Иванович Муравьев-Апостол, Михаил Павлович Бестужев-Рюмин, Петр Григорьевич Каховский.

2-й ведущий.

Александр Герцен так сказал о казненных декабристах:

“….Погибли под рукой палача пять русских мучеников, гордо и величаво погибли, не прощая врага, а завещая нам свое дело”.

Виды Сибири.

1 чтец:
C
2 чтец:
C
Известно мне: погибель ждет cccccc Велик, кто честь в боях снискал
Того, кто первый восстает И, страхом став для чуждых воев,
На утеснителей народа, - К своим знаменам приковал
Судьба меня уж обрекла. Победу, спутницу героев!
Но где, скажи, когда была Отчизны щит, гроза врагов,
Без жертв искуплена свобода? Он достояние веков;
Погибну я за край родной – Певцов возвышенные звуки
Я это чувствую, я знаю… Прославят подвиги вождя,

(К.Рылеев)

И юношам об них твердя,
В восторге затрепещут внуки.

(К.Рылеев)

3 чтец:

Прими ж плоды трудов моих,
Плоды беспечного досуга;
Я знаю, друг, ты примешь их
Со всей заботливостью друга.
Как Аполлона строгий сын,
Ты не увидишь в них искусства;
Зато найдешь живые чувства:
Я не Поэт, а Гражданин.

(К.Рылеев)

Проецирование карты-схемы “Декабристы в Сибири”.

1-й ведущий.

120 декабристов были лишены всего – семьи, чинов, богатства - и сосланы в Сибирь: одни на каторгу, другие на поселение.

4-й чтец:
C
CCCCC 6-й чтец:
C
Сибирь! …Напишешь это слово – Тайга. Глухомань. То болото, то сопки.
И вдруг свободная мечта Росомашьи следы. Куропачье перо.
Меня уносит в край суровый. Перебранка ручьев. То свирепый, то робкий
Природы дикой красота Дождь. Бесценное рек серебро.
Вдали встает передо мною. Трепыханье сполохов. Хруст валежника под ногами.
И, мнится, вижу я Байкал Мох на скалах. Закатов немыслимая красота.
С его прозрачной глубиною, Горечь трав. Запах смол. Вой ветров над снегами
И цепи гор с громадой скал, Да осенних ночей непроглядная чернота.
И бесконечную равнину Голубые снега. Солнце от стужи багровое,
Вокруг белеющих снегов, Замороженное и брошенное в пустоту.
И грозных, девственных лесов Стланик, в три погибели согнутый снежным покровом.
Необозримую вершину… Дыхание, стынущее на лету.

(Иван Никитин, 1855)

(Валентин Португалов, 1962)

5-й чтец:
C
CCCCC 7-й чтец:
C
Ах, Сибирь, ты ведь добрая, нежная,

Песнь каторжного.

Отчего ж твои брови суровы? Ой, ты, горечь, злая мачеха, Сибирь!
Как свежо твое тело снежное, Снежной степью разметалась вдоль и вширь,
Как белы твои груди-сугробы! Неприветна, непривольна, нелюдна,
Ты смеешься и смотришь молодо Неприглядна, неприютна, холодна!
И поешь протяжные песни Не грызи ты злобой-местию своей
Ты одета в меха и в золото, Беззаступных горемык, честных людей,
В драгоценные камни и перстни. Что томятся в чужедальной стороне
Много сваталось к тебе в юности С лиходеями-ворами наравне…
И царей, и сынов боярских, Ой, ты, горечь, злая мачеха, Сибирь!
Но боялись твоей угрюмости, Снежной степью разметалась вдоль и вширь
Твоей дикой красы боялись. Неприветна, непривольна, нелюдна,

(Иван Харабаров, 1960)

Неприглядна, неприютна, холодна!

(Петр Шумахер, 1862)

2-й ведущий.

К зиме 1826-1827 года декабристов начали небольшими группами отправлять из крепостей, навстречу каторжной судьбе.

Там, за горами и реками, лягут они в сырую землю, там, за дымкой отдаленных расстояний и времен, растают их лица, развеется память о них – таков был умысел царя.

1-й ведущий.

Но чем дальше уезжали декабристы, тем больший отклик находило их слово, их дело в сердцах людей. Начиналось удивительное, трагическое и героическое сибирское тридцатилетие, не менее важное для истории России, чем 14 декабря 1825 года.

2-й ведущий.

Разбросала судьба декабристов.
Иван Якушкин – Чита,
Александр Муравьев – Якутск,
Михаил Лунин – близ Иркутска.

1-й ведущий.

Сергей Трубецкой – Чита,
Артамон Муравьев – Нерчинск,
Евгений Оболенский – Петровский завод.

8-й чтец:
C
CCCCC 9-й чтец:
C
Бог помочь вам, друзья, мои, Во глубине сибирских руд
И в счастье, и в житейском горе, Храните гордое терпенье,
В стране чужой, в пустынном море Не пропадет ваш скорбный труд
И в темных пропастях земли! И дум высокое стремленье.

(А.С.Пушкин)

Несчастью верная сестра,
Надежда в мрачном подземелье
Разбудит бодрость и веселье,
Придет желанная пора:
Любовь и дружество до вас
Дойдут сквозь мрачные затворы,
Как в ваши каторжные норы
Доходит мой свободный глас.
Оковы тяжкие падут,
Темницы рухнут – и свобода
Вас примет радостно у входа
И братья меч вам отдадут.

(А.С.Пушкин)

Проецирование: г.Томск XIX в., портреты декабристов,
живших на томской земле.

1-й ведущий.

Томск тоже не остался в стороне от сибирских городов, причастных к событиям 1825 года. Сначала – как город, расположенный по пути следования, затем – город, где жили декабристы на поселении. Это:

Батеньков Гавриил Степанович,
Дунцов – Выгодовский Павел Фомич,
Мозгалевский Николай Осипович.

Здесь же, в Томске, останавливался приезжавший на несколько дней Иван Иванович Пущин.

2-й ведущий. Историческая справка о Томске

С целью усиления царской власти в Сибири и сбора налогов в 1804 году образована Томская губерния за счет выделения из Тобольской губернии ряда уездов.

Превращение Томска в губернский центр наложило отпечаток на его внешний облик и внутреннее развитие.

В 1804 году в Томске насчитывалось 4.800 жителей, а к 1851 году население города возросло до 13 тысячи человек, из них 26% составляли военные и 10% - дворянство, чиновники и лица духовного звания.

Внешний облик нового губернского центра в начале XIX века был весьма непригляден: в 1806 году в Томске насчитывалось 1562 дома деревянных и только 4 каменных. В 1817 году количество каменных домов увеличилось до 12, а деревянных уменьшилось до 1440, что объясняется многочисленными пожарами (47 пожаров за 11 лет).

10-й чтец:
C
На трех холмах, CCCCC От белых рощ,
На четырех ветрах, От гордых теремов,
В краю таежном Старинных зданий
Посреди Сибири С песенным узором
Стоит мой город Не отвести мне
Над рекою синей, Ни души, ни взора.
Стоит Ведь Томск -
И отражается в веках. Начало многих городов….

1-й ведущий.

Среди судеб декабристов, может быть, наибольшим трагизмом проникнута судьба Гавриила Степановича Батенькова, понесшего более тяжкое наказание, что было определено даже приговором Верховного уголовного суда.

1-й повествователь.

Родился Батеньков в Сибири в небогатой дворянской семье, рано потерял отца и первоначально воспитание получил в Тобольском военно-сиротском отделении, а потом доканчивал образование в Петербурге, в кадетском корпусе, откуда вышел в артиллерию. Молодым офицером он участвовал в знаменитых войнах 1812, 1813,1814 и 1815 годов. Под Монмиралем получил десять штыковых ран. В 1816 году произведен в подполковники с переводом в инженерный корпус и назначен в Томск управляющим округом путей сообщений. По прибытии в Томск горячо принимается за благоустройство города, при нем начинают прокладываться прямые улицы, строятся дома по плану. Деревянные мостовые сломаны, а вместо них стали настилать улицы из валежника, песка и дресьвы, делать деревянные кюветы для стока воды, деревянные тротуары.

Серьезным препятствием для тяжелых обозов была крутая Юрточная гора. Батеньков предложил срыть часть горы, и спуск стал более отлогим.

Важную проблему снабжения питьевой водой жителей Томска Батеньков разрешил, расчистив старые и разведав новые ключи на Ключевской улице, и без разрешения начальства построил водосборные бассейны, что принесло ему немало служебных неприятностей и опасную репутацию “беспокойного человека”.

Был построен прочный мост через реку Ушайку, который прослужил около 100 лет.

Произвол и беззаконие, царившие в Томске, тоже не могли оставить Батенькова равнодушным, он не мог примириться с окружающей обстановкой и начал деятельную борьбу со злоупотреблениями.

Мелкие чиновники с улыбкой смотрели на эту борьбу, а старшие старались на каждом шагу делать ему всевозможные неприятности и довели усердие до того, что Батеньков стал не на шутку подумывать бросить службу и бежать из Сибири. Но встреча со Сперанским изменила его намерения. Он еще остается в Томске. Через некоторое время Сперанский предлагает ему службу в Петербурге в должности делопроизводителя Сибирского комитета.

2-й повествователь. Проецируется Петропавловская крепость.

А потом настало 14 декабря 1825 года, и Батеньков очутился в сыром, холодном каземате, сначала в Свартгольмском форте на Аландских островах, а потом в Петропавловской крепости.

Батеньков потерял счет времени, и ему казалось порой, что заключение продолжается сотни лет. О настроении Батенькова говорит написанное им в крепости стихотворение “Одичалый”.

“Скажите, светит ли луна
И есть ли птички хоть на воле?
Ужель и люди веселятся?
Друг другу смеют поверяться,
И думают и говорят?”

3-й повествователь:

Прошло 20 лет. Однажды император Николай Павлович, как говорит устное предание, спросил коменданта Петропавловской крепости: “ Где Батеньков?” - “Не могу знать, ваше величество!”

Батеньков был затерян. Император велел разыскать Батенькова. Обшарили Сибирь, заглянули во все тюрьмы и остроги, но Батенькова нигде не было. Наконец, комендант Петропавловской крепости доложил государю, что в одном из казематов содержится какой-то секретный арестант под №13, имя которого никому не известно. Оказалось, что это и был Батеньков. Отправить на поселение - был отдан приказ.

В гнилой февральский денек 1846 года ворота крепости открылись, выпуская узника… нет, не на свободу - в ссылку, на поселение в Сибирь. Жить оставалось 17 с половиной лет – и десять из них предстояло отдать Томску.

4-й повествователь.

Томск стал для него местом особенным. Раньше здесь он учился ненавидеть. Теперь – заново обучался жить, говорить, ходить по улицам. В первое время после каждого пятого шага срабатывал жестокий и хлесткий рефлекс: повернуть назад. Такова была длина камеры в равелине.

С 1846 по 1856 год он живет в Томске.

В Томске Батеньков жадно читает журналы и книги. В 1849 году в Томск на несколько дней приезжает декабрист Иван Иванович Пущин. Он воспитанник Царскосельского лицея, где учился вместе с Пушкиным, назвавшим его “первым другом”:

Мой первый друг, мой друг бесценный!
И я судьбу благословил,
Когда мой двор уединенный,
Печальным снегом занесенный,
Твой колокольчик огласил.

Пущину удается поднять настроение Батенькову, возбудить интерес к политическим вопросам и наладить с ним переписку.

В Томске Батеньков пользовался общим уважением и любовью всех окружающих, от мала до велика; взрослые любили и уважали его “за ум, за высокую нравственность, за 20 – летние страдания, а дети за простоту, доброту и ласку”.

Свои инженерные знания и опыт Батеньков применяет в строительстве нескольких частных домов. Лучший из них на Степановке - для откупщика Сосулина – имел при себе величавую деревянную церковь, фруктовые оранжереи, грот и даже уединенный флигелек “Тетушкин каприз”.

По его проектам был построен дом по ул. Розы Люксембург №1 (ныне институт физических методов лечения).

По его ходатайству немало сирот и детей бедных родителей были приняты графом Муравьевым – Амурским на казенный счет в Иркутский институт и другие учебные заведения.

Учительствовал в семьях у купцов Сосулина, Засухина, Кобылина и других. Но не это занимало его ум и сердце. Он мечтает увидеть Сибирь благоустроенной и просвещенной. Настойчиво изучая историю Сибири, Батеньков разрабатывает обширную программу преобразования своего родного края: по улучшению сельского хозяйства, промышленности, путей сообщения и управления Сибирью.

По проектам Батенькова было построено здание театра в Красноярске.

5-й повествователь.

Проецирование портретов Мозгалевского, Выгодовского.

С большим опозданием Батеньков узнает о том, что поднадзорными Томской губернии кроме него стали Николай Мозгалевский и “декабрист-крестьянин” Павел Дунцов, простолюдин, он до восстания на Сенатской площади получил польскую фамилию Выгодовский, а затем и дворянский титул. Отбыв наказание в Чите, в 1828 году они были отправлены на поселение в Нарым и здесь прославились “непозволительными поступками”.

Мозгалевский первым среди государственных преступников, высланных в Сибирь, “без позволения вступил в брак с нарымской мещанской дочерью” - девицей Агеевой.

А Дунцов – Выгодовский исписал 3588 листов “самыми дерзкими сумасбродными идеями о правительстве и общественных учреждениях с превратностными толкованиями некоторых мест святого писания и даже некоторых истин христианской религии”.

Вольнодумство не прошло для Выгодовского даром – его вновь арестовали и в 1854 году бросили в томские тюремные подвалы. Около года томился в них декабрист – крестьянин, прежде чем получил ссылку в якутские земли.

Батеньков знал об этом, но бессилен был хоть чем-то облегчить участь “отъявленного задиры”. В то же время, благодаря дружбе с томским гражданским губернатором Аносовым, он вызволяет с каторжных работ на Киреевском заводе и устраивает в Томск петрашевца Феликса Толя (1850). Этот поступок вызывает одобрение Пущина. “Правильно сделали, что приютили Толя. По правде, - это наше дело: мы, старожилы Сибирские, должны новых конскриптов сколько- нибудь опекать”.

В сентябре 1856 года, после смерти Николая 1, воспользовавшись объявленной амнистией, Батеньков выехал из Сибири. Умер 29 октября 1863 года на 71 году жизни и похоронен в селе Петрищево Калужской губернии.

11-й чтец:
C
CCCCC 12-й чтец:
C
Каким огромным великаном Вот камень твердый и холодный,
Я зрю тебя, Россия – мать! И признака в нем жизни нет!
Полмира облегла ты станом, Вот грубиян язык народный -
И не перестает сиять Иным посмешищам предмет.
В твоих уделах дня светило, Резец Венеру в камне сыщет;
И море синее повило Певец, как соловей, засвищет…
Фатой волнистою тебя. Холодный, грубый – где они?
Ты опоясалась хребтами, Се! Огненный язык слетает,
И снегов вечных сединами Его всяк в меру понимает,
Покрыла, древняя, себя. Им боги говорят одни.
Венец из северных сияний

(Г.С.Батеньков)

Почиет на челе твоем;
Как очи, полные познаний,
Так сопки блещут их огнем.
Как жил для боя напряженья –
Великих рек в тебе теченье:
В громах лишь слышен голос твой
Кристаллов соли напиталась,
Металлов квасом напаялась –
Полкругом видима луной …
“Я русский: гордо бьется грудь
При имени России”.

(Г.С.Батеньков)

13-й чтец:
CCCCC 14-й чтец:
C
Я то же. Да. Бессмертная душа Все та же Томь хрящ роет и несет,
Не знает старости, и может воля Струит свои морщины молодые.
Стерпеть громаду мертвую препон. Кайма высот одним широким кругом
Я верую, что долго буду жить, Объемлет город юный и живой…
И преступлю страну и поколенье, … Все то же здесь: но я-то тот же ли?
И возбужу отвыкшую любовь. Уже полвека грудь мою стеснили,

(Г.С.Батеньков)

Скорбей и бедствий полные…

(Г.С.Батеньков)

Проецирование площади Батенькова в Томске.

1-й ведущий

Томская земля чтит память замечательного патриота Батенькова. Одна из центральных площадей города Томска в ознаменование столетия со дня восстания декабристов названа именем Батенькова, на ней поставлен ему памятник.

2-й ведущий.

Пленительные образы! Едва ли
В истории какой-нибудь страны
Вы что-нибудь прекраснее встречали,
Их имена забыться не должны…

Так писал поэт Некрасов о декабристах.

15-й чтец:
C
CCCCC
Ушедший век к анализу склоняет, Сибирь! Ее несметные богатства
Страница в новом для истории пуста. Краса неброская, как нежная заря,
Мир мыслящий, за Родину страдая, Пленяли даже каторжное братство,
Жить предлагает с чистого листа: Объединенное восстаньем декабря.
Освободить родную Русь-Россию, Живым остался дерзкий дух в неволе,
Низвергнуть власть тиранскую царя. Родными сделались сибирские места.
Но… казнь и каторга. Сибирь исколесили О лучшей для людей мечтали доле -
Восставшие с событий декабря. Жила в душе высокая мечта.
Сибирь-страдалица, кандальным звоном Мы помним всех, страдавших за Россию.
Всё чаще стали нарушать её покой. В реке забвенья не исчезнут имена
И вольный край, и роковая зона, Желавших видеть Родину счастливой.
Где каторжан хранит недремлющий конвой. Эпохи разные, а Родина одна.

(Н.А.Шадрина, 2004)