ТОП 20 статей сайта

 • Английский язык
 • Математика, алгебра
 • Информатика, ИКТ
 • Физика
 • Химия
 • Биология
 • Экология
 • Музыка, искусство
 • Литература, русский язык
 • География
 • Краеведение
 • День Матери
 • Женский день 8 Марта
 • 23 Февраля
 • ВОВ, День Победы
 • Патриотическое воспитание
 • День знаний 1 сентября
 • День учителя
 • День космонавтики
 • Праздник осени
 • Новый год и Рождество
 • Школьный КВН
 • Против вредных привычек
 • Здоровый образ жизни
 • Семья и родители
 • Выпускные, «звонки»
 • ПДД (дорожное движение)
 • Игры

 • Разные темы

 НАЙТИ НА САЙТЕ:

   Рекомендуем посетить






























































Великая Отечественная

Сценарий музыкально-поэтической композиции "Ты верни мне, память, эти дни…", посвященной 65-й годовщине полного освобождения Ленинграда от вражеской блокады

Добавлено: 2015.04.20
Просмотров: 409

Мельникова Надежда Вениаминовна, воспитатель; Мазур Людмила Михайловна, Воспитатель

Оформление сцены.

На заднем плане на серой ткани – лесной пейзаж (деревья, небольшой кустарник), за лесом виден силуэт города (купол Исаакиевского собора, шпиль, шпиль Петропавловской крепости); в небе – лучи прожекторов, самолет. В левом углу комнаты блокадной квартиры (окно, стол, два стула, “буржуйка”; на стене – репродуктор, часы и т.д.). Все прикрыто ширмой. В правом углу – костер, два– три обрубка дерева, чтобы сидеть у костра. Свет со стороны зала, чуть сверху направлен на костер; костер горит.

У костра сидит гитарист, играет и поет что-то современное, резкое. Двое других собирают хворост, подбрасывают его в костер. Над костром висит котелок. Периодически в нем ребята что-то помешивают и разговаривают между собой (гитара звучит чуть слышно).

В это же время две девочки бегают друг за другом где-то за деревьями, негромко смеются. Одна убегает в глубь сцены и вдруг вскрикивает: ”Ой, смотри!”

Луч света выхватывает из темноты простой солдатский дощатый обелиск с красной звездой наверху.

Ребята собираются около обелиска. Здесь могила, но на ней нет таблички с именем похороненного в этой могиле солдата.

Диалог

– Чья-то могила... – Это, наверное, еще с войны... – Ну да, видите, как заросла... – И звездочка...

– Конечно, здесь же где-то недалеко Невский пятачок. Нам рассказывали.

– Да и Ладога рядом.

– Тут еще памятник винтовке, у моста.

А под мостом, помните, музей-диарама “Прорыв блокады...” Да знаем, сто раз слышали и про войну, и про блокаду. Каждый год одно и то же. Уж сколько лет прошло, а все никак не забудут. Зачем про такое помнить? – Действительно, голод, холод, обстрелы, трупы... Мы-то живые! И ни голода, ни холода. А стреляют только по праздникам. Так это фейерверк. Даже красиво!

–Пойдем отсюда! Поедим и спать!

(Идут к костру, располагаются около него и через некоторое время засыпают. Потом незаметно уходят.)

И тут из темноты на сцену выходит Поэт, Воин в плащ-палатке, Женщина 1 в темной, простой одежде с теплым платком на плечах, Женщина 2 в строгом черном платье, Подросток (м) в пиджаке с чужого плеча и в кепке, Подросток (дев).

Звучит музыка.

Поэт, Женщина 1, Женщина 2 читают стих.С. Ботвинника “Память”.

Ты мне верни, о память, эти дни,
– Холодные, голодные – верни!
Верни тот город, сумрак ветровой,
Адмиралтейский штык над головой,
Шаг патрулей, и злую боль разлук,
И тишину, и метронома стук...

Ты возврати мне, память, ночи те –
Прожектора в морозной высоте,
И гребни снежных крыш,
И мертвый свет
Недвижных осветительных ракет,
Когда блокадным стянутым ремнем,
Стоял мой гордый город под огнем.

Ты сохрани мне, память, навсегда
Тот город –
Сгусток пламени и льда,
Тот город –
Слиток гнева и любви,
Где жизнь кипела в стынущей крови!

Поэт: Ю. Воронин

Опять война,
Опять блокада, –
А может, нам о них забыть?

Я слышу иногда:
“Не надо,
Не надо раны бередить.
Ведь это правда, что устали
Мы от рассказов о войне
И о блокаде пролистали
Стихов достаточно вполне”.

И может оказаться:
Правы
И убедительны слова.
Но даже если это правда,
Такая правда
Не права!

Я не напрасно беспокоюсь,
Чтоб не забылась та война:
Ведь эта память – наша совесть.
Она, как сила, нам нужна.

Свис снарядов, разрывы бомб звучат громко, потом стихают.

Женщина 1: Стих. О Берггольц ...

Я говорю с тобой
Под свист снарядов,
Угрюмым заревом озарена.
Я говорю с тобой из Леннграда,
Страна моя, печальная
Страна...
Кронштадский злой,
Неукротимый ветер

В мое лицо закинутое бьет.
В бомбоубежищах уснули дети,
Ночная стража встала
У ворот.
Над Ленинградом – смертная
Угроза...
Бессонны ночи, тяжек день
Любой.
Но мы забыли, что такое
Слезы,
Что называлось страхом
И мольбой.
Руками сжав обугленное
Сердце,
Такое обещание даю
Я, горожанка, мать
Красноармейца,
Погибшего под Стрельною
В бою.
Мы будем драться
С беззаветной силой,
Мы одолеем бешеных зверей,,
Мы победим, клянусь тебе, Россия
От имени российских,
Матерей!

Воин: ”Мужество” А.А. Ахматовой

Мы знаем, что ныне лежит
На весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил
На наших часах,
И мужество нас не покинет,
Не страшно под пулями
Мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
– И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым
Тебя пронесем,
И внукам дадим, и от
Плена спасем
Навеки!

Женщина 2: А. А. Ахматова

Птицы смерти
в зените стоят.
Кто идет выручать
Ленинград?

Не шумите вокруг –
Он дышит,
Он живой еще, он все слышит:
Как на влажном балтийском дне
Сыновья его стонут во сне,
Как из недр его вопли: “Хлеба!”
До седьмого доходят неба...
Но безжалостна эта
Твердь.
И глядит из всех окон –
Смерть.

Историческая справка: Блокадный кусочек хлеба 125 гр.

Подросток (дев.): Ю. Воронов “Какая длинная зима”.

Февраль
Какая длинная зима,
Как время медленно крадется!
В ночи ни люди, ни дома
Не знают,
Кто из них проснется.

И поутру, когда ветра
Метелью застилают небо.
Опять короче,
Чем вчера,
Людская очередь за хлебом.

В нас голод убивает страх.
Но он же убивает силы...
На Пискаревских пустырях
Все шире
Братские могилы.

И зря, порою, говорят:
“Не все снаряды убивают...”
Когда мишенью Ленинград,
Я знаю –
Мимо не бывает.

Ведь даже, падая в Неву,
Снаряды – в нас,
Чтоб нас мотало...
Вчера там каменному льву
Осколком лапу оторвало.

Но лев молчит,
Молчат дома,
А нам – по прежнему бороться,
Чтоб жить и не сойти с ума...
Какая длинная зима
Как время медленно крадется...

Подросток (м): Ю. Воронов “Горят дома”.

Горят дома –
Тушить их больше нечем.
Горят дома,
Неделями горят.
И зарево над ними каждый вечер
В полнеба,
Как расплавленный закат.
И черным пеплом
Белый снег ложиться
На город,
Погруженный в мерзлоту.
Мороз такой,
Что если б были птицы,
Они бы замерзли на лету.

И от домов промерзших, от заводов
На кладбища
Все новые следы
Ведь людям
Без огня и без воды
Еще трудней,
Чем сквозь огонь и воду.

Но город жив,
Он выйдет из бомбежек.
Из голода,
Из горя,
Из зимы.
И выстоит...
Иначе быть не может –
Ведь это говорю не я,
А мы!

Муз. Отбивка, затем комната.

Женщина 1: (подходит к столу, за которым уже сидит Дарья Власьевна.)

Стих. О. Ббергольц “Разговор с соседкой”

Дарья Власьевна, соседка по квартире,
Сядем, побеседуем вдвоем.
Знаешь, будем говорить о мире,
О желанном мире, о своем.

Вот мы прожили почти полгода,
Полтораста суток длиться бой,
Тяжелы страдания народа”
Наши, Дарья Власьевна, с тобой.

О ночное воющее небо,
Дрожь земли, обвал невдалеке,
Бедный ленинградский ломтик хлеба –
Он почти не весит на руке...

Для того, чтоб жить в кольце блокады,
Ежедневно смертный слышать свист, –
Сколько силы нам, соседка, надо,
Сколько ненависти и любви...

Сколько, что минутами в смятенье
Ты сама себя не узнаешь:
– Вынесу ли? Хватит ли терпенья?
– Вынесешь. Дотерпишь. Доживешь.

(Затем Дарья Власьевна встает, подходит к окну и как бы сквозь него на город.)

Женщина 1: (подходит к ней), читает:

Щели в саду вырыты,
Не горят огни.
Питерские сироты,
Детоньки мои!
Под землей не дышится,
Боль сверлит висок,
Сквозь бомбежку слышится
Детский голосок.

Дарья Власьевна:

Огибая воронки и ямы,
Что ты, мальчик идешь от ворот?
Что ты ищешь пропавшую маму?
Что ты плачешь? Она не придет.
Набиваются снегом ботинки,
А вокруг ни души, ни огня.
Я отдам тебе мяч и картинки,
Только ты доживи до меня.
Не ходи, артобстрелы нередки.
Даже ночью проспекты бомбят.
Постучись к одинокой соседке,
И она не прогонит тебя.
Этот город, как страшная сказка,
Пробирается в ночи твои.
Я отдам тебе книги краски.
Только ты до меня доживи.
Словно брата тебя пожалею,
Свежим хлебом тебя накормлю,
И ладони твои отогрею,
И на елочный праздник куплю
Много-много конфет, мандаринов
И бенгальские звезды огня.
Я тебя никогда не покину,
Только ты доживи до меня.

Женщина 2: А. Ахматова.

Постучись кулачком –
я открою.
Я тебе открывала всегда
Я теперь за высокой горою;
За пустыней, за ветром
И зноем,
Но тебя не предам никогда...
Твоего я не слышала стона,
Хлеба ты у меня не просил.
Принеси же мне ветку
Клена
Или просто травинок
Зеленых,
Как ты прошлой весной
Приносил.
Принеси лее мне горсточку
Чистой,
Нашей невской студеной воды,
И с головки твоей золотистой
Я кровавые смою следы.

Девочка – подросток читает стих. Ю. Воронина “В школе”.

Девчонка – руки протянула
И головой на край стола.
Сначала думали – уснула.
А оказалась – умерла.

Ее из школы на носилках
Домой ребята принесли.
В ресницах у подруг слезинки
То исчезали, то росли.

Никто не обронил ни слова.
Лишь хрипло, сквозь метельный стон,
Учитель выдавил, что снова
Занятья –
После похорон.

Военный: А. Межиров “Ладожский лед”

Самый страшный путь
Из моих путей!
На двадцатой версте
Как я мог идти!
Шли навстречу из города
Сотни
Детей...
Сотни детей.
Замерзали в пути...
Одинокие дети на ладожском льду-
Эту теплую смерть
Распознать не могли они сами,-
И смотрели на падающую звезду
Непонимающими глазами.
Мне в атаках не надобно слова “вперед”,
Под каким бы нам ни быть огнем ‘–
У меня в зрачках
Черный
Ладожский лед,
Ленинградские дети Лежат На нем.

Песня “Белые панамки”.

На экране – кадры кинохроники или фотографии, где люди везут саночки с завернутыми в одеяла умершими от голода детьми.

Выходит Женщина в пальто и платке. Читает:

Что тяжелее тех минут,
Когда под вьюгой одичалой
они
На кладбище везут
Детей,
Зашитых в одеяла...
Когда ночами снится сон,
Что муж – навстречу,
По перрону.
А на пороге – почтальон,
И не с письмом,
Ас похоронкой...
Когда не можешь есть
И спать,
И кажется, что жить
Не надо...
Но ты жива.
И ты опять
Идешь
На помощь Ленинграду.

Женщина в рабочем синим халате и платке, в руке – гаечный ключ.

Читает:

Я никогда героем не была.
Не жаждала ни славы, ни награды:
Дыша одним дыханьем с Ленинградом,
Я не геройствовала, а жила.
И не хвалюсь я тем, что в дни блокады
Не изменила радости земной,
Что, как роса, сияла эта радость,
Угрюмо озаренная войной.
И если чем-нибудь могу
Гордиться,
То, как и все друзья мои вокруг
Горжусь, что до сих пор могу
Трудиться,
Не складывая ослабевших рук.
Горжусь, что в эти дни,
Как никогда,
Мы знали вдохновенье
Труда.

Рабочий 1 (в спецовке), Рабочий 2 (в ватнике) читают стихотворение И. Быстрова “Завод в бою”.

Завод стоит на рубеже борьбы
Лицом к лицу с проклятыми врагами.
Тяжелый дым торжественно, как знамя,
Врагам назло струится из трубы.

Печать свою на все кладет война;
Вокруг цехов израненные стены.
Гудок не возвещает часы смены,
В провал от бомбы свет, как из окна.

Но он живет! Он борется! Гляди
Вот ордена – высокая награда
Как жар, горят на каменной груди,
Истерзанной осколками снаряда.

Завод – в бою. он грозен, как вулкан,
В нем ненависть к врагу кипит, как лава.
Десятилетьями он шел дорогой славы,
– Оплот труда, железный великан.

И в час борьбы решительной с врагом,
Своих наград заслуженных достоин,
Завод – герой сражается, как воин,
И смерть врагу несет своим трудом.

Рабочий 2 (в ватнике):

Да, мы не скроем –
В эти дни
Мы ели клей, потом ремни
Но, съев похлебку из ремней,
Вставал к станку
Упрямый мастер,
Чтобы точить орудий части.
Необходимые войне.

Рабочий 1 (в спецовке)

И он точил, пока рука
Могла производить движенья,
А если падал у станка,
Как падает солдат в сраженье.

Историческая справка
За годы войны и блокады Ленинград дал фронту ....

Муз. Отбивка.

Наравне со взрослыми стояли у станков подростки.

Подросток: Ю. Воронов

В блокадных днях
Мы так и не узнали:
Меж юностью и детством
Где черта?..
Нам в сорок третьем
Выдали медали.
И толь ко в сорок пятом
Паспорта.

И в этом нет беды...
Но взрослым людям,
Уже прожившим многие года,
Вдруг страшно от того,
Что мы не будем
Ни старше, ни взрослее,
Чем тогда...

Муз. Отбивка.

Фото на экране – солдаты.

Поэт: Читает стих. А. Ахматовой

Сзади Нарвские были ворота
Впереди была только смерть...
Так советская шла пехота
Прямо в желтые жерла
“Берт”
Вот о вас и напишут
Книжки:
“Жизнь свою за други своя,
Незатейливые парнишки –
Ваньки, Васьки, Алешки,
Гришки –
Внуки, братики, сыновья!

Женщина 2: Читает стих. А.Ахматовой

Важно с девочками
Простились,
На ходу целовали мать,
Во все новое нарядились,
Как в солдатики шли
Играть.
Ни плохих, ни хороших,
Ни средних...
Все они по своим местам,
Где ни первых нет,
Ни последних...
Все они опочили там.

Песня “Мальчишки зеленые”.

Воин (молодой) выходит и читает стих. О.Бергольц “Памяти защитников”

Когда прижимались солдаты,
Как тени,
К земле и уже не могли
Оторваться, –
Всегда находился в такое
мгновенье
Один безымянный,
Сумевший Подняться.
Правдива грядущая гордая
Повесть:
Она подтвердит, не прикрасив
Нимало, –
Один поднимался, но был он – как совесть,
И всех за такими
С земли поднимали.
Не все имена поколенье
Запомнит,
Но в тот исступленный.
Клокочущий полдень –
Безусый мальчишка,
Гвардеец и школьник.
Поднялся – и цепи штурмующих
Поднял.

Муз. отбивка.

Женщина 2: А. Ахматова

А вы, мои друзья последнего
Призыва
Чтоб вас оплакивать,
Мне жизнь сохранена.
Над вашей памятью
Не стыть плакучей ивой,
А крикнуть на весь мир
Все ваши имена!
Да что там имена!
Ведь все равно – вы с нами!..
Все на колени, все!
Багряный хлынул свет!
И ленинградцы вновь идут
Сквозь дым рядами –
Живые с мертвыми;
Для славы мертвых нет.

Песня “Облака”

Муз. отбивка.

Воин Читает стихотворение А.Ахматовой ”27 января 1944”

И в ночи январской, беззвездной
Сам дивясь небывалой судьбе,
Возвращенный из смертной
Бездны,
Ленинград салютует себе.

“Проснувшиеся” дети читают : стих. Ю. Воронова ”27 января 1944 года.”

За залпом залп
Гремит салют.
Ракеты в воздухе горячем
Цветами пестрыми цветут,
А ленинградцы
Тихо плачут.
Ни успокаивать пока,
Ни утешать людей не надо.
Их радость
Слишком велика –
Гремит салют над Ленинградом!

Их радость велика,
Но боль
Заговорила и прорвалась:
На праздничный салют
С тобой
Пол-Ленинграда не поднялось...
Рыдают люди, и поют,
И лиц заплаканных не прячут.
Сегодня в городе
Салют!
Сегодня ленинградцы
Плачут...

Муз. “Гимн Великому городу”

Стих. Ю. Воронова “Память”

Неверно.
Что сейчас от той зимы
Остались
Лишь могильные холмы.
Она жива,
Пока живые мы.

И тридцать лет и шестьдесят пройдет,
А нам
От той зимы не отогреться.
Нас от нее шито не оторвет.
Мы с нею слиты памятью и сердцем.